Я подаю ему руку и помогаю встать.

- Не волнуйся, - я ободряюще улыбаюсь ему, словно выписываю индульгенцию. - Ты успеешь. Девушки займут тебе очередь.

Он благодарно кивает мне. Ковыляет к уборной. Сам виноват. Нечего взваливать на себя такую тяжесть.

Сажусь на освободившийся край скамьи. Облокачиваюсь на стену. Она протерта до голых кирпичей, лоснится. По крайней мере, мне не грозит измазать известкой свое пальто. Беру салфетку, лежащую на столе. Отрываю от нее кусочки, сворачиваю их в аккуратные шарики и вставляю их в уши.

Так лучше. Намного лучше.

Я люблю блюз. И мне в целом нравится, как играют эти ребята. Но слух надо беречь.

- Девушка! - Я щелкаю пальцами и официантка не спеша пробирается ко мне. - Это вот что такое?

Я тыкаю пальцем в меню, где написано "СВИНСКИЕ ТЕЛЕСА НА РЕБРАХ И ИИШНИЦА". Я наивно полагаю, что имею дело с опечаткой.

- Это то, что написано. - Она моршит носик. - Заказывать будете?

- Это стейк, я так полагаю? С яйцом?

- Да.

- Хороший?

- Да.

- Несите. Это скоро будет готово?

- Да.

- Если можно, побыстрее. Я голоден.

Я удовлетворенно вздыхаю. Можно чуть-чуть расслабиться. Мне нужно перекусить, прежде чем приступать к работе.

Неплохо. Совсем неплохо.

* * *

Я выковыриваю остатки мяса из зубов. Атмосфера в зале разогревается все больше. Музыканты сделали перерыв - минут на двадцать. Перекусили, выпили водки. Я внимательно смотрел на них, пока они ужинали, но никто из них не показался мне моим клиентом. Сегодня им не повезло. Количество народа в зале заметно уменьшилось. Время уже заполночь, и часть людей ушла. Видимо, те, у кого не было денег на такси. Насколько я помню, в России ночью не ходят автобусы и трамваи. А также нельзя садиться за руль машины, если ты выпил алкогольный напиток. Необходимо заранее побеспокоиться, если не хочешь идти через весь город ночью пешком.